30 марта российский танкер «Анатолий Колодкин» с гуманитарным грузом 100 тысяч тонн сырой нефти прибыл на Кубу, сообщили в Минтрансе. Утром того же дня посол Кубы в Сербии Павел Орсенио Диас Эрнандес передал изданию «О Сербии по-русски» слова искренней благодарности – президенту и народу России – а также попросил опубликовать его статью, вышедшую накануне в белградской «Политике» о чудовищных санкциях против острова Свободы со стороны США.
В эти дни нас переполняют глобальные события. Некоторые из них даже намекают на наихудшие сценарии. Повторяются те же предзнаменования, что и во время Октябрьского кризиса 1962 года или ракетного кризиса. Агрессия против Ирана не только привела к гибели тысяч невинных людей, но и вызвала «землетрясение» достаточной силы, чтобы поднять цены на нефть и вызвать тревогу в мировой экономике. Без ракет 1962 года Карибский бассейн, который вместе с Латинской Америкой был объявлен зоной мира Декларацией 2014 года, был потрясен и безответственно дестабилизирован. Причины кроются в возвращении доктрины Монро («Америка для американцев») с новой агрессивностью — старой концепции, которая отдает предпочтение силе и всем возможным мерам принуждения для установления господства и контроля над народами Южной Америки под предлогом изгнания российского и китайского влияния с континента. Цель этой стратегии — подавление мятежных и восставших стран — Венесуэлы, Кубы и Никарагуа — всеми возможными методами, имеющимися в распоряжении крупнейшей экономической и военной державы мира.
Куба, рассматриваемая как очаг неукротимого восстания под видом «центра извращенного регионального коммунизма», станет ключевой частью этой стратегии, особенно после пирровой победы в Венесуэле 3 января, которая, в явном нарушении всех норм международного права, способствовала похищению законного президента этой страны. По настоянию Вашингтона, этим действием, основанным на значимости экономического, торгового и взаимного обмена между двумя суверенными государствами, Куба погрузилась бы в необратимый хаос, если бы лишилась нефти из Каракаса, которая «поддерживала её экономику». Так началось то, что, согласно стратегии Вашингтона, стало последним ударом в геноцидном экономическом, торговом и финансовом преследовании, продолжавшемся 66 лет, с тех пор как в апреле 1960 года тогдашний заместитель госсекретаря США Лестер Мэллори обозначил путь, который должен был быть пройден: «принять все возможные меры для ослабления экономической жизни Кубы, вызвать голод, отчаяние, разочарование, недовольство и спровоцировать свержение правительства».
Через пять дней после агрессии, унесшей жизни десятков венесуэльцев и 32 кубинцев, президент США заявил Хью Хьюитту 8 января: «Я не думаю, что можно сделать что-либо ещё в отношении Кубы, кроме как войти и взорвать её к чертям». Затем он назвал Кубу «несостоявшейся и разоренной страной, не имеющей ни возможности, ни потенциала для выживания», но при этом признал, что «они — отличные солдаты».
Этого было недостаточно, поэтому 29 января исполнительным указом Куба была объявлена «исключительной и чрезвычайной угрозой национальной безопасности Соединенных Штатов» и введено нефтяное эмбарго, предусматривающее пошлины на любую страну, осмелившуюся продавать нефть Кубе. Это равносильно заточению миллионов людей в физическом пространстве, лишению их воды, электричества, еды и медикаментов. Без нефти практически невозможно производить продукты питания, электроэнергию для больниц, школ, жилых районов, обеспечивать топливом наземное, железнодорожное и воздушное сообщение… Безжалостное применение этой новой меры максимального давления должно привести Кубу к терминальной стадии «старой раковой опухоли», которую ни одной из предыдущих 11 администраций не удалось искоренить. За этим последовали другие заявления, указывающие на скорое падение или «захват» острова, и подобная риторика повторяется почти ежедневно во всех возможных медиа-сценариях.
Ситуация на острове сложная. За три месяца не поступило ни капли нефти. Дело не в переговорах или нехватке финансовых ресурсов, давление и шантаж в отношении поставщиков нефти носят жестокий характер. Масштаб этой ситуации многогранен из-за ее влияния на все сферы экономики. Ежедневная борьба за обеспечение стабильности энергосистемы титанична и героична, как и противостояние населения отключениям электроэнергии, длящимся более 10 часов. Изменение энергетической матрицы невозможно даже в ближайшие два-три года. Хотя возобновляемые источники энергии доступны, технологии их эксплуатации и хранения довольно дороги и сложны. Мы живем в фазе, подобной COVID-19: сценарий ограничений и дефицита во всех аспектах национальной жизни, сопровождаемый извращенным давлением со стороны Севера. Во время пандемии США отказали нам в продаже кислорода, приборов и лекарств, необходимых для преодоления этого кризиса. Сегодня они отказывают нам в торговле и блокируют продажу нефти из третьих стран, объявляя о «дружественных захватах», «освобождениях» с заявлениями вроде Трампа: «Я могу делать с ними все, что захочу».
Однако гипотеза о «крахе под собственной тяжестью», параличе и несостоявшемся государстве нереалистична. Если бы это было так, то не прошло бы и трех месяцев с тех пор, как, по их ожиданиям, должно было произойти падение правительства. Им следует задать себе вопрос: если Куба действительно находится на грани краха, почему ей не позволяют рухнуть под собственной тяжестью, почему тратится столько финансовых, экономических, человеческих и политических ресурсов на то, чтобы «помочь» ей пасть? Что это значит?
А что насчет указа президента от 29 января и энергетической блокады якобы рухнувшего острова?
Столкнувшись с беспрецедентными потрясениями, нарушающими все общепринятые правила международных отношений, торговли, судоходства и финансовых отношений, наша страна восстанавливается; она творчески адаптируется к сложным обстоятельствам, стратегически перестраивая свои приоритеты; оптимизируя свои ресурсы; продолжая менять энергетическую матрицу. Хотя она живет за счет собственной нефти с высоким содержанием серы, которая покрывает не более 30 процентов ее потребностей, и одновременно ведет разведку новых нефтяных скважин, она начала получать обнадеживающие результаты, используя солнечную энергию: установлено более 50 солнечных электростанций, которые сегодня производят от 49 до 51 процента доступной энергии. Закупаются электромобили; мы построили солнечные насосы; приоритетными солнечными системами являются больницы, образовательные центры, предприятия пищевой промышленности, дома престарелых, дома для людей с заболеваниями, требующими постоянного использования электроэнергии; Внедряются методы удаленной работы, телемедицина, местная и семейная медицина, поощряется использование природного топлива, такого как уголь и дрова (более 750 пекарен в стране работают с использованием этих источников энергии); концентрируются и оптимизируются туристические отели для обеспечения высокого качества обслуживания; процессы децентрализуются на уровне муниципалитетов для обеспечения внимания и решения проблем и основных вопросов с помощью местных решений и т. д. Страна, пережившая коллапс, не смогла бы в условиях кризиса продолжать демонстрировать высокие показатели человеческого развития, превосходящие показатели США, такие как низкий уровень младенческой смертности, ожидаемая продолжительность жизни и всеобщее и бесплатное образование.
Разрушенное государство не смогло бы продемонстрировать единство, достоинство и патриотизм, которые возвышают наш остров, и это является важнейшей основой для движения вперед с оптимизмом, работы и роста в нынешних условиях, и, если необходимо, для защиты с той же силой воли того, что наиболее священно для любого народа: суверенитета, независимости и самоопределения. С такой решимостью и ответственностью мы готовы вести диалог с кем угодно по любому вопросу на основе суверенного равенства и взаимного уважения. Но ни социальная система, ни суверенитет никогда не станут предметом переговоров.