Третья декада февраля приноси две важные годовщины для мира не только на Украине и в России, но и для Европы в целом: годовщину кульминации Евромайдана, которая привела к смещению законно избранного президента Украины Виктора Януковича (22 февраля 2014 г.), и годовщину начала Специальной военной операции Российской Федерации на Украине (24 февраля 2022 г.).
Все снова и снова стоит задаваться вопросом: должно ли было все быть именно так? Были ли насильственная смена власти и война на Украине неизбежными? Должно ли было погибнуть столько людей, должен ли был континент быть поставлен на грань ядерной войны?
Обстановка на европейском континенте – да и в глобальном масштабе – после падения Берлинской стены представляла собой плодотворную почву для тезиса Фукуямы о «конце истории», той самой, которую Марко Рубио недавно в Мюнхене в ретроспективе охарактеризовал как «опасное заблуждение». Тогда, в конце восьмидесятых – начале девяностых годов XX века, многие в мире считали, что могут с облегчением вздохнуть: казалось, что блочное разделение мира наконец-то упразднено, что – упрощенно – капиталистический Запад одержал бесспорную победу над коммунистическим Востоком, что все идеологические дебаты завершены и что ясно – все должны двигаться к победной модели общества, т.н. либеральной демократии. В этом была суть объявленного «конца истории».
И действительно, кто, особенно в ту относительно оптимистичную эпоху, мог иметь что-либо против абстрактных идей о полном развитии многообразных свобод – выбора, рынка, образа жизни, – которые эта самая знаменитая либеральная демократия «всего лишь» должна была институционализировать?
К тому же со стороны победившего Запада Горбачеву были даны обещания, что НАТО не будет расширяться «ни на пядь на восток», в обмен на мирное объединение Германии. Почти идиллия, рай на земле в перспективе. Но… мы знаем, чем это закончилось. И, можно сказать, именно поэтому сегодня мы вынуждены размышлять об этих двух роковых украинских годовщинах. В то время как сама концепция «конца истории» выглядит по-детски наивной.
Конечно, нельзя забывать, что важнейшим промежуточным пунктом на пути к нынешней украинской катастрофе стала СФРЮ, а именно её кровавый распад или развал. Ибо именно через развал Югославии НАТО нашла свою первую и важнейшую причину — лучше сказать, предлог — сначала для своего сохранения, а затем и для расширения.
Вместо искренней попытки на практике продемонстрировать победоносную «либеральную демократию» во всём её блеске — западные демократии, ведомые жаждущей реванша Германией, стремительно вернулись к старым привычкам — неоколониальному высокомерию и играм с нулевой суммой. Односторонним признанием Словении и Хорватии, а чуть позже и Боснии и Герцеговины, был цинично узаконен сецессионистский импульс в ущерб Уставу ООН, при одновременном лицемерном призыве уважать территориальную целостность не одной международно признанной страны, а республиканских границ, которые до вчерашнего дня чертили ненавистные коммунистические режимы (не только в СФРЮ, но и в СССР).
Найдя формальный повод для сохранения НАТО, победоносным западным элитам во главе с американскими не составило труда найти и причины для её расширения. И это несмотря на публичные возражения многих старых, уважаемых ветеранов холодной войны, которые считали, что причины существования блоковых военных альянсов исчезли вместе с исчезновением идеологических блоков холодной войны. Вот что написал, пожалуй, самый известный из них, американский дипломат Джордж Кеннан, кстати, бывший посол США в СФРЮ, в «Нью-Йорк таймс» в 1998 году о решении расширить НАТО:
«Я думаю, что это начало новой холодной войны. Я считаю, что русские будут реагировать крайне враждебно и это повлияет на их политику. Я считаю, что это трагическая ошибка. Не было абсолютно никаких причин для этого. Никто никому не угрожал. Из-за этого расширения американские отцы-основатели перевернулись бы в гробу… Меня особенно встревожили заявления о России как о стране, которая только и ждет, чтобы напасть на Западную Европу. Неужели люди не понимают? Наши споры во времена холодной войны были с советским коммунистическим режимом…»
Агрессия НАТО против СРЮ 1999 года зажгла сигналы тревоги в России. Как из-за (вновь совершенного) жестокого нарушения международного права, так и из-за первой волны расширения альянса, проведенной накануне агрессии, – принятия Польши, Чехии и Венгрии. Примерно девять месяцев спустя произошла смена власти в Кремле и приход Владимира Путина.
Однако, несмотря на крайне негативную реакцию российских элит на агрессию против нашей страны, первый импульс Путина был крайне примирительным – предложение о присоединении России к НАТО. Но никто на Западе не удостоил его серьезного ответа или даже серьезного рассмотрения. Вместо этого вскоре была начата новая агрессия – на этот раз против Ирака. А год спустя и первая цветная революция на Украине, когда впервые прозвучали серьезные голоса на Украине о вступлении в НАТО.
Даже предупреждения Путина, высказанные в знаменитой речи в Мюнхене в 2007 году, никоим образом не повлияли на намеченный курс расширения НАТО до самых границ России, что было официально объявлено на саммите НАТО в Бухаресте в 2008 году заключением о том, что Украина должна стать членом альянса.
Впрочем, кто хотел знать истинные амбиции победоносного Запада во главе с США, мог узнать их из еще недостаточно цитируемого письма Вилли Вимера, направленного тогдашнему канцлеру Германии Герхарду Шрёдеру – чьим эмиссаром Вимер был на конференции по безопасности в Братиславе в конце апреля 2000 года, – в котором передавались причины, изложенные высокопоставленными американскими чиновниками для агрессии против нашей страны, а также их дальнейшие планы.
Ключевые пункты таковы:
4. Война против Союзной Республики Югославия велась для того, чтобы исправить ошибочное решение генерала Эйзенхауэра времен Второй мировой войны. По этой причине там по стратегическим соображениям должны быть размещены американские солдаты, дабы восполнить то, что было упущено в 1945 году.
7. Следовало бы при нынешнем расширении НАТО вновь установить территориальную ситуацию на пространстве между Балтийским морем и Анатолией, подобную существовавшей во времена Римской империи, причем в эпоху, когда она была на пике могущества и занимала наибольшее территориальное пространство.
8. По этой причине Польша должна быть окружена с севера и юга демократическими государствами как соседями, а Румыния и Болгария должны обеспечить сухопутную связь с Турцией. Сербия (вероятно, для обеспечения беспрепятственного военного присутствия США) должна быть постоянно исключена из европейского развития.
9. К северу от Польши необходимо осуществить полный контроль над подходами Санкт-Петербурга к Балтийскому морю.
Конечно, не все это сбылось, то есть не оказалось правдой? А если кто-то думает, что в ядерную эпоху достаточно апеллировать к нерушимости права каждого государства суверенно принимать решения о собственной безопасности — включая и присоединение к НАТО — пусть подумает о том, оправданно ли США в октябре 1962 года довели мир до грани всеобщего ядерного конфликта лишь для того, чтобы предотвратить размещение советских ядерных ракет на Кубе, всего в каких-то 150 километрах от крайней южной точки континентальной территории США.
И пусть он тогда же поразмышляет и о действительных причинах войны на Украине и о том, можно ли вообще прекратить эту войну без устранения этих причин…
Депутат парламента Сербии от «Мы – сила народа», политолог Александр Павич