Мои сограждане, позволю себе высказать несколько очень серьёзных мыслей о реальности распространения агрессивного и совершенно чуждого нам ислама в наших городах, у нас в Словакии. В Европе, вопреки обязательным договорам, речь, несомненно, идёт вовсе не о каких-то беженцах из мусульманских государств. Никто не спрашивал нашего согласия, когда Ангела Меркель нагло и самовольно заявила, что открывает Европу для массовой миграции из Африки и Азии.
Очевидно, это был не акт помощи беженцам от какой-то войны. Это был запланированный в Брюсселе, долгосрочный, преднамеренный, одобренный и организованный импорт, несомненно, террористических групп с целью заселения и уничтожения исконных европейских государств и народов.
Перевозчики нелегальных мигрантов и связанные с ними высокопоставленные политики Евросоюза при этом хорошо зарабатывали.
Давайте вспомним, кто у нас и каким образом столь настойчиво, вплоть до фанатизма, продвигал это. Это был никто иной, как исключительно Мирослав Лайчак. Вас это удивляет? Меня нет. Лайчак — близкий соратник Эпштейна или доверенное лицо сексуального хищника? В этой связи я лишь задаюсь вопросом?
Над которым до сих пор, что вызывает чрезвычайное удивление у подавляющего большинства словаков, покровительствуют не только Фицо, но и Пеллегрини. В связи с этим закономерен и обоснован вопрос: почему так происходило? Однако эти размышления, несомненно, уже выходят за рамки цели и содержания данной статьи.
Поэтому я возвращаюсь к первоначальному мотиву, который побудил меня изложить и следующие выводы.
На организованную таким образом нелегальную миграцию не распространяется ни один нормативный акт международного права. Даже Конвенция о статусе беженцев 1951 года, которую мы приняли законом № 319/1996 Сб. зак. Статья 2 этой Конвенции гласит, что каждый беженец имеет обязанности перед государством, на территории которого находится, что он обязан подчиняться законам и другим нормативным актам, в особенности мерам, касающимся соблюдения общественного порядка.
То, что происходит в западных государствах и что там творят нелегальные мигранты, не имея внутренних моральных ограничений и личного правового сознания, не является соблюдением законов. Поэтому они даже не являются беженцами. Статья 9 этой Конвенции гласит, что ничто не может препятствовать договаривающемуся государству в случае войны или при иных серьёзных и исключительных обстоятельствах, например при массовых волнах нелегальных мигрантов, принимать определённые защитные меры.
Наша Конституция в преамбуле подчёркивает, что Словацкая Республика основана на политическом и культурном наследии наших предков и многовековом опыте борьбы за национальное существование и собственную государственность, в духе кирилло-мефодиевского духовного наследия и исторического наследия Великой Моравии, то есть, безусловно, на основе христианской веры.
Однако как правовое государство она не связана никакой идеологией или религией. В последующих статьях Конституция гласит, что Словацкая Республика сохраняет суверенитет прежде всего в вопросах национальной идентичности, формируемой главным образом основными культурно-этическими вопросами, касающимися защиты жизни и человеческого достоинства, частной и семейной жизни, брака, родительства и семьи, общественной морали, личного статуса, культуры и языка, а также принятия решений по связанным с этим вопросам в области здравоохранения, науки, воспитания, образования, личного статуса и наследования.
Ничто в нашей Конституции и конституционных законах не может толковаться как согласие Словацкой Республики на передачу осуществления части её прав Европейскому союзу или иному субъекту международного права в вопросах, составляющих национальную идентичность.
Различия между христианством и исламом настолько велики, что они прямо противоречат нашим законам и основным конституционным принципам прав человека. Закон № 308 Сб. зак. от 4 июля 1991 года о свободе религиозных убеждений и статусе церквей и религиозных обществ в § 1 гласит, что никого нельзя принуждать исповедовать какую-либо религиозную веру.
Однако мусульманская вера постепенно силой ставится в Европе выше традиционных местных правовых систем, основанных на христианских ценностях.
Подчёркиваю, что речь идёт о насилии, а не о какой-либо добровольности со стороны исконных народов Европы. Мусульманская община в различных западных государствах публично требует полного захвата власти и установления своего мусульманского правопорядка для всех. Через своих духовных лидеров она напрямую угрожает смертью каждому, кто не подчинится ей. На практике это означает, что преимущества и защита, такие как, например, запрет на высылку или возвращение, которые вышеупомянутая Конвенция гарантирует беженцам, напрямую связаны с их обязанностью вести себя в соответствии с правопорядком государств, предоставляющих им убежище или временную защиту.
Нам лгали, что приезжают образованные инженеры, врачи, учёные. Реальность совершенно иная. Изнасилования, убийства, особенно женщин, уничтожение имущества и культурных памятников, террор, наркотики и торговля человеческим мясом, неуважение к исконным культурам Европы — всё это определённо не является проявлением страха этих нелегальных мигрантов перед якобы имеющими место политическими преследованиями в их родных государствах.
Рост нелегальной миграции представляет собой прямую угрозу внутренней безопасности и общественному порядку государства. Не говоря уже о том, что массовый неконтролируемый приток иностранцев создаёт немедленную нагрузку на рынок труда, социальную инфраструктуру, здравоохранение, социальное обеспечение и административный аппарат государства, на культурную идентичность и всю систему ценностей принимающих европейских стран.
Высокий уровень безработицы в Словакии используется для привлечения более дешёвой рабочей силы из-за рубежа. Поэтому государство, несомненно, обязано безоговорочно принять политику приоритетного трудоустройства собственных безработных граждан.
Необходимо чётко подчеркнуть, что расизмом не является забота государства в условиях этих серьёзных рисков о сохранении существования, этнической чистоты и культуры собственного народа. Это его конституционная обязанность перед собственными гражданами.
Расизм не является порождением славянских народов, а почти исключительно западных колониальных государств.
Каждый человек имеет право обратиться за международной защитой, однако права на получение убежища или временной защиты не существует. Мы не должны позволять мигрантам въезжать на нашу территорию. Именно потому, что на них Конвенция вообще не распространяется. Как и разрешения на работу.
Необходимо немедленно реагировать даже на самые незначительные и малозаметные попытки мусульманского населения Словакии публично совершать свои религиозные обряды, словно прикрываясь свободой вероисповедания.
Наша Конституция гарантирует всем свободу вероисповедания, в том числе публичного, однако реальность разрушения западных государств является последним предупреждением и для нашего народа. При этом ничто не ограничивает границы начала адекватной реакции нашего государства.
Если это и есть какая-то толерантность, то необходимо чётко сказать, что смешение населения и незаметное распространение их веры приведёт к тому, что исконная словацкая национальность через несколько поколений полностью исчезнет с нашей территории.
Пока ещё есть время, мы не должны спать и позволять обманывать себя какой-то демократической толерантностью.
Это открытая, ползучая война агрессивного ислама против белого населения Европы. Будем искать совместно с европейскими государствами, придерживающимися тех же взглядов и находящимися под такой же угрозой, законный путь для немедленной высылки всех агрессивных, нетерпимых приверженцев ислама с наших священных территорий.
Это всё ещё в наших общих силах.
Штефан Харабин
Уголовный судья Верховного суда
бывший председатель Верховного суда, Судебного совета,
заместитель председателя правительства и министр юстиции
Словацкой Республики