Дорогие мои чехи!
Я так долго жила среди вас, говорила на вашем языке, размышляла о ваших бедах и тревогах, что считаю вас своими братьями. Сегодня утром я проснулась с непреодолимым желанием рассказать вам о том, что вижу. Ведь глаз не может увидеть самого себя — ему необходимо зеркало, чтобы мы могли разглядеть, какую карту носим на лбу. Или нужен друг, который скажет нам, что у нас на лице что-то испачкано.Прошу вас, поверьте в искренность моих намерений и не убивайте вестника, принесшего дурную весть.
Возможно, я прошу слишком многого. Но решать вам.
Вчера в студии телеканала ČT24 я собственными глазами увидела чудовище.
Едва мы появились, нас встретил молодой человек и протянул свою безжизненную руку. Он был вежлив, но ощущение, будто я прикоснулась к мёртвой рыбе, никак не отпускало меня. Мы последовали за ним вниз по лестнице, в подвал, где расположена студия для тех, чей голос не должен быть услышан.
Там нас оставили ждать в каком-то коридоре, по которому расхаживали напомаженные сотрудники чешского государственного телевидения. Вскоре после нас появилась известная польская режиссёр, недавно представившая свой новый фильм о Кафке. По иронии судьбы она и не подозревала, что прямо перед ней находится персонаж, словно сошедший со страниц Кафки, — жертва гидры государственной системы с тысячью бюрократических голов, Врабел.
По какой-то непостижимой для меня причине чехи склонны создавать жестокие бюрократические системы, в которых обычный человек исчезает, утрачивает человеческое достоинство и право распоряжаться собственной жизнью. На этот раз бюрократию назвали демократией. Подмена понятий — процесс бесконечный: война — это мир, рабство — это свобода. Большой Брат знает всё. Он точно знает, что вы думаете и что должны думать.
Примерно через пятнадцать минут нас пригласили в студию, куда мне великодушно позволили войти. Перед зелёным экраном сидел бюрократ из отдела пропаганды. Передо мной предстало гротескное подобие мужчины, скорее напоминавшего даму в костюме. Уже с порога стало ясно: в обычных обстоятельствах он предпочёл бы сидеть дома на своей пустышке. Но ночная смена, похоже, доставляла ему особое удовольствие — ведь ему выпал случай третировать злейшего врага системы, которой он безоговорочно служит, — самого Врабела.
В его глазах сверкало злорадство, а бескровные губы тут же растянулись в презрительной усмешке. У отдела пропаганды особая роль в поддержании власти бюрократии. Судя по всему, ведущий пропагандистской программы исполнял свои служебные обязанности с огромным удовольствием, словно унижение людей было для него огромным сладким пирогом.
Задача была ясна: голос Врабела должен замолчать.
Всё, что произошло дальше, было чистым театром. Вопросы, призванные дискредитировать собеседника, сопровождались постоянными перебиваниями, стоило ему начать отвечать. Закон о СМИ, подготовленный для того, чтобы формально подтвердить существование демократии, был соблюдён. Проклятый активист, осмелившийся зайти слишком далеко и выдвинуть свою кандидатуру на выборах с намерением изменить укоренившуюся систему, получил свои семь минут, чтобы обратиться к общественности через беспристрастное государственное СМИ, которым, как утверждается, управляют прямо из Брюсселя. Бюрократия записала на свой счёт очередную победу.
Братья мои чехи, разве вы не видите эту ложь, которая обвилась вокруг вашей шеи? Разве не чувствуете её зловонного дыхания? Сколько раз вы убеждали себя, что всё в порядке и вас это не касается?
Завтра вы, как обычно, пойдёте на работу, а потом усядетесь перед телевизором. Там вам объяснят, что думать и кого считать врагом. Ведь вы платите им не просто так. Они позаботятся о том, чтобы история не рассыпалась на части, прежде чем достигнет своего жестокого финала.
В заключительных сценах этого сценария телевидение вам уже не понадобится. Наконец-то вы освободитесь от необходимости оплачивать бесконечную цепь лжи. Системе больше не придётся ни развлекать вас, ни убеждать в чём-либо: тотальный контроль станет казаться вам чем-то естественным, сродни дыханию.
Борцы за свободу сложат оружие и уйдут со сцены. Забытые всем миром, они будут наблюдать за тем, как единодушная армия марширует на войну.
БОЯНА ВУРДЕЛЯ,
официально объявленная министром Ракушаном угрозой безопасности Чешской Республики.