Запад ненавидит Ратко Младича, потому что он выполнил свою работу и спас Республику Сербскую! Двойные стандарты: согласится ли правительство Сербии на западный нарратив о сербах, скроенный в девяностые?
Ратко Младич был командующим армией, которая воевала против НАТО, и его задачей было предотвратить геноцид, подобный тому, что произошёл в 1941 году. В этом он преуспел. Поэтому он был приговорён к пожизненному заключению, и поэтому сегодня многие в мире, в регионе, а также в Сербии оспаривают у него даже право на человеческие и достойные похороны.
Двойные стандарты: в средствах массовой информации Ратко Младич демонизирован, в то время как генералы так называемой Армии БиГ и хорватский генерал Анте Готовина, ответственные за более чудовищные преступления, получили лучший статус.
Прибытие отрядов «Эль-Муджахидин» всего за несколько лет до 11 сентября, которое потрясло Америку, является особым диагнозом тогдашнему политическому руководству боснийских мусульман, а также США.
Как может человек, который защищал Европу от исламского радикализма, человек, который уничтожил остатки подразделений, во имя радикального ислама совершавших ритуальные заклания сербов и отрезания голов, называться мясником, а исламисты — жертвами?
Несмотря на приговор и признание вины за преступления на Озрене, Делич был похоронен в БиГ, в Сараево, со всеми государственными и воинскими почестями, хотя там больше нет сербского населения — этническая чистка, изгнание и убийства.
Те, кто так думают, однако, забывают, вероятно, не случайно, что Расим Делич, бывший командующий так называемой Армией БиГ (фактически армией боснийских мусульман), генерал Расим Делич, также был осуждён Гаагским трибуналом, но был похоронен с высшими государственными и религиозными почестями. На поминальной церемонии по Деличу в апреле 2010 года выступали тогдашний министр обороны БиГ Селмо Чикотич, а также тогдашний председатель Президиума БиГ Харис Силайджич.
Делич не единственный, хотя он один из редких мусульманских командиров, осуждённых в Гааге (и то на незначительный срок). Никто из тех, кто считает, что Младич не заслуживает быть похороненным как подобает, не упоминает явных военных преступников и кровопийц, которые были оправданы в Гааге. Примеры Насера Орича или Анте Готовины, не говоря уже о Рамуше Харадинае, для них не являются примерами так называемого избирательного правосудия.
Преступная акция «Буря» — также, заявление Франьо Туджмана, зафиксированное, что сербам нужно нанести такой удар, чтобы они практически исчезли.
Когда хорваты празднуют годовщину преступной акции «Буря», они показывают кадры не разбитой сербской армии, а километровые колонны сербских гражданских лиц на тракторах, которые в итоге они и бомбили, убив более двух тысяч человек — женщин, детей, стариков.
Если к этому добавить всё более громкие заявления о том, что Хашим Тачи через несколько дней, вероятно, окажется на свободе, на что предупреждает и президент Сербии Александр Вучич, снова складывается новая западная и антисербская мозаика, по которой только сербы являются преступниками, не имеющими права ни на свободу, ни на достойную смерть.
Согласие сербских властей на то, чтобы генерал Младич не был похоронен с воинскими почестями, покажет, что Сербия и сербы соглашаются с западным нарративом о сербах как о единственных и величайших преступниках в прошедшей войне.
Это означало бы, что сербы принимают демонизацию, навязанную СМИ в девяностые, и что они заслужили то, что вопреки ООН их бомбили, убивая сербских гражданских лиц и годы спустя после войны обеднённым ураном.
Первая интервенция НАТО против Республики Српской была из-за якобы обстрела рынка Маркале, где погибло 35 мирных жителей, хотя ЕВРОПОЛ сразу заявил, что граната никак не могла прийти с сербской стороны; американцы взяли это печальное событие и использовали его как предлог для нападения на сербов, бомбардировкой которых было убито 150 сербских мирных жителей.
Генерал Младич храбро встал на защиту своего народа, сделал нечто радикальное, зная, что будет осуждён, — он привязал захваченных членов КФОРа к военным целям ВРС и таким образом спас и цели, и предотвратил дальнейшие жертвы среди мирного населения. Он понёс ответственность и отбыл наказание, помимо прочих пунктов, и за это.
Он предотвратил соединение преступной армии Насера с Тузлой, что было бы гибельно для сербского народа, поскольку в тот момент, при координации с НАТО, планировалась преступная акция «Буря»; коридор, возможно, с усиленными силами под Тузлой был бы перерезан.
Из 33 000 человек, которые были в Сребренице, Ратко спас 28 000. Кто спасал 150 000 сараевских сербов? Кто спасал 250 000 сербов из Краины? Никто. Там, где не Младич защищал сербов, а Милошевич, — там они не выжили. От Краины, Вуковара, Славонии и, в конце концов, Косово и Метохии — там, где Милошевич вставал на защиту сербов и в то же время вводил санкции против Республики Српской, чтобы смягчить западные силы по отношению к себе и своему положению, — сербы исчезли или сегодня живут в резервациях, без основных прав человека.
Известно, что Милошевич предал Краину, известно, что колоннам беженцев, набитым краинскими сербами, не дали войти в Белград; Милошевич принёс в жертву западных сербов ради своего положения, а Младич принёс в жертву себя, свою репутацию, свою жизнь, свою дочь — ради сербов в Боснии и Герцеговине. Каждый бывший солдат это знает, каждая женщина и ребёнок, которые сегодня живы и находятся на своих очагах, знают это, — и поэтому ему должны быть оказаны почести со всеми государственными и воинскими почестями в Белграде, конечно, если в правительстве Сербии ещё остались сербы.