Как вышедшая из-под контроля система прокуратуры через связи с преступными группировками, шиптарской мафией, а также албанскими прокурорами превратилась в службу контроля ущерба для наркогрупп из соседних государств?
Если о ключевых факторах, ответственных за попытки дестабилизации государства, когда-то можно было лишь строить догадки, то за последний год стало ясно, что речь идет о вышедшей из-под контроля части судебной системы. Однако более детальное расследование их деятельности ясно указывает, что спектр антигосударственных действий не ограничивается лишь блокадами и защитой преступников, но также включает глубокие связи с преступными кланами, связанными с шиптарской мафией, а также с албанскими прокурорами с оккупированных сербских территорий.
ВСТРЕЧА В ТИРАНЕ
В столице Албании, Тиране, 15 сентября 2025 года, состоялась официальная встреча начальника Специальной прокуратуры по борьбе с организованной преступностью Младена Ненадича и начальника албанской прокуратуры по борьбе с организованной преступностью Алтина Думани. И хотя албанские СМИ, а также СПАК сообщили об этом событии, прозападные СМИ в Сербии, по долгу службы выполняющие функцию PR-службы Младена Ненадича, а также сам Ненадич, полностью умолчали об этой встрече.
Если бы несколько месяцев спустя, в начале февраля 2026 года, Ненадич не обратился к собравшимся на конференции, проходившей на Юридическом факультете, и сам не проговорился о сотрудничестве с албанскими прокурорами, вероятно, роль этого бывшего анонимного полицейского из Чачака в разрушении государства не была бы до конца раскрыта.
В самом деле, Младен Ненадич возглавил Прокуратуру по организованной преступности (СППОП / ЈТОК) в 2016 году. До этого он работал полицейским, после чего несколько лет провел на должности заместителя прокурора основного суда в Чачаке. Большая часть его карьеры связана с адвокатской деятельностью. Из частной адвокатской среды, без какого-либо опыта и квалификации попасть на эту должность почти немыслимо, разве что если вашим личным другом не является директор БИА (Агентства безопасности и информации), в то время этот пост занимал Александр Джорджевич.
БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК НЕРЕШЕННЫХ ДЕЛ
Хотя и до 2016 года эта прокуратура показывала катастрофические результаты, после прихода Младена Ненадича ситуация только ухудшилась. Со временем эта прокуратура стала «Бермудским треугольником» нерешенных дел. Что еще хуже, даже по тем делам, которые получили судебное завершение, в Апелляционном суде выносились оправдательные приговоры, что имело следствием выплаты государством сотен миллионов евро в качестве компенсаций.
За последний год эта прокуратура стала особенно критичной. Верховный государственный прокурор Загорка Доловац использовала эту прокуратуру для особых целей, а именно, если она хотела, чтобы какое-то дело не получило завершения или чтобы расследование затягивалось до бесконечности, она злоупотребляла возможностью субституции и отнимала дела у Высшей прокуратуры в Белграде и отправляла их в Прокуратуру по борьбе с организованной преступностью.
Первым делом, которое привлекло внимание широкой общественности, стало дело «Надстрешница» (дело об обрушении навеса вокзала в Нови-Саде). Когда Высшая прокуратура в Белграде начала расследование, не прошло и семи дней, как Загорка Доловац, злоупотребив своими полномочиями, отобрала дело и перевела его в Прокуратуру по борьбе с организованной преступностью (ТОК). И это уже означало конец расследования, множество заголовков в СМИ, восхваление Младена Ненадича как прокурора, который выступил против режима и арестовал двух бывших министров. Несколько месяцев спустя два бывших министра были оправданы, причём по букве закона, так как расследование не сдвинулось с места, а некие цифры в 115 миллионов долларов были всего лишь уткой прозападных СМИ, приготовленной, конечно же, на кухне Прокуратуры по борьбе с организованной преступностью (ТОК).
ВМЕСТО СЕРБИИ, ДЕНЬГИ УХОДЯТ В АЛБАНИЮ
Тем временем те же самые прокуроры, участники блокад и прозападные СМИ развернули кампанию против продажи здания бывшего Генерального штаба, словно это здание, которое было разрушено во время агрессии НАТО, а спроектировано каким-то коммунистическим архитектором, и будто бы это величайшее достояние, которым обладает Сербия. Однако кампания была направлена не против самой продажи, а против продажи зятю Дональда Трампа — Джареду Кушнеру. СМИ «United media» зашли так далеко, что анонсировали международное расследование против якобы незаконных сделок Джареда Кушнера, в которое должен был быть вовлечен и ФБР. Если учесть, что отбившаяся от рук часть прокуратуры и эти СМИ годами действуют скоординированно и что их цели и кампании, очевидно, финансируются из одного и того же источника, понятно, что эти анонсы были введением в последующие события.
Уже 15 декабря 2025 года Специальная прокуратура по борьбе с организованной преступностью выдвинула обвинительное заключение против министра культуры Николы Селаковича по делу «Генеральный штаб», чем была окончательно поставлена точка на анонсированных американских инвестициях. В тот же день Джаред Кушнер объявил об отказе от строительства «Башни Трампа» в Белграде.
Вместо Сербии, этот капитал уходит в Тирану. В ту самую Тирану, в которой всего несколькими месяцами ранее, вдали от глаз общественности, находился прокурор Младен Ненадич. Именно он выдвинул бессмысленное обвинительное заключение, которое вскоре будет отклонено, и чья единственная реальная цель состояла в том, чтобы перенаправить 750 миллионов евро прямо в Албанию, а не в Сербию.
Но конечной целью этой акции отбившейся от рук прокуратуры, СМИ, неправительственного сектора и прозападной оппозиции было не только перенаправить деньги в Албанию, но, в первую очередь, подорвать отношения Сербии и Соединенных Штатов Америки и предоставить Брюсселю как можно более широкое пространство для маневра с целью оказания давления и шантажа.
ПРОКУРОРЫ НА РАДАРЕ
На встрече в Тиране, помимо Ненадича, присутствовали ещё два прокурора из Сербии. Гордана Яничиевич, женщина, которая годами получает от государства Сербии зарплату от 10 до 15 тысяч евро в месяц в качестве нашего представителя в Евроюсте. Чтобы абсурд был ещё больше, после более чем десятилетия единственное, чего добилась Яничиевич, это укрепила связи с отколовшейся системой, контролируемой Загоркой Доловац, и обеспечила способы для дополнительного давления на Сербию.
Кроме неё, наряду с Ненадичем, безусловно, самой интересной фигурой этой встречи была обвинительница Ирена Бьелош. Бьелош уже некоторое время находится в командировке в СПО (Специальной прокуратуре по организованной преступности), и этот период скоро истекает. Эта информация особенно важна в контексте данного расследования и того, как оно подаётся публике.
Высшая государственная прокуратура в Белграде после тайной конфискации двух тонн марихуаны начала расследование с целью пресечь одну из крупнейших сетей торговли наркотиками в этом регионе. Расследование длилось месяцы, но ключевым было время.
Поскольку расследование хранилось в строгой тайне, о нём знал лишь узкий круг людей. Однако после отъезда в Албанию прокуроры из СПО начали наводить справки о некоей конфискации двух тонн марихуаны, которая прошла незамеченной общественностью.
Информация о расследовании просочилась не из Высшей государственной прокуратуры, а от албанской мафии, вплетённой во все государственные сферы и связанной, прежде всего, со всей государственной верхушкой и албанской прокуратурой, было ясно, что две тонны марихуаны не могли просто так испариться после того, как попали на территорию Сербии.
С КЕМ ТАЙНО ВСТРЕЧАЛИСЬ НЕНАДИЧ И ЕГО КОЛЛЕГИ
Албанский источник сообщает, что бывший глава спецпрокуратуры Албании по борьбе с организованной преступностью, Алтим Думани, тесно связан с наркомафией. Одним из главных критиков Думани, несомненно, является Сали Бериша, который прямо обвинял Думани в причастности к наркоклану и в том, что он и есть тот самый «человек из Специальной прокуратуры (SPAK)», о котором говорится в переписке в Sky, — никто иной, как Думани. Бериша неоднократно повторял, что Думани «скомпрометирован» своим прошлым или семейными связями, поэтому он не может нанести удар по «головам» наркомафии в Эльбасане и Шкодере. В подтверждение этого говорит и то, что Думани чрезвычайно близок и с т.н. косовским прокурором Блеримом Исуфаем, чья карьера изобилует многочисленными скандалами и связями с наркомафией.
Однако его наиболее важная связь в данном случае — это Младен Ненадич и специальный прокурор Северной Македонии Ислам Абази. Абази в Северной Македонии является одной из самых одиозных фигур, согласно публикациям македонских СМИ.
Поэтому прежде всего важно знать, кто на самом деле эти прокуроры, которых международные партнеры продвигают как «региональный фронт борьбы с преступностью», в то время как на местах доминирует совершенно иная картина.
Выдвижение Абази, отмеченное тенью его родного села Заяс, политического эпицентра албанской партии ДУИ, представляет собой институциональную защиту для кланов, которые десятилетиями функционируют на направлении Эльбасан — Скопье. В таких сложившихся отношениях роль Думани часто описывается как роль «фильтра», который, несмотря на данные с мест и переписку в Sky, привлекает к ответственности лишь тех лиц из организованной преступности, которые утратили политическую полезность, в то время как реальные центры власти остаются нетронутыми.
Проект медицинского каннабиса в Северной Македонии стал ключевой точкой слияния албанского криминального капитала и македонских лицензий, создавая правовой вакуум, идеальный для наркомафии. Данные, к которым получил доступ наш портал, указывают на то, что значительная часть «легальных» плантаций служит логистической базой для нелегального экспорта высококачественной марихуаны в ЕС, при этом албанские кланы обеспечивают экспертизу и дистрибутивные каналы.
Македонская прокуратура во главе с Абази неоднократно обвинялась — с конкретными приложенными доказательствами, которые режим автоматически отвергает, — в том, что она позволяет фирмам, связанным с правящими семействами, трансформировать «зеленый бизнес» в индустрию отмывания албанских денег. Албанский фактор здесь не просто этнический, но стратегический; через трансграничные связи легальные косовские и албанские бизнесмены инвестируют в македонские плантации, создавая гибридную структуру, которую из-за политической защиты практически невозможно привлечь к уголовной ответственности.
ОПЕРАЦИЯ «СУБСТИТУЦИЯ»: КАК СУДЕБНЫЙ ПЕРЕВОРОТ СПАС НАРКОКАРТЕЛЬ
Именно в этой столь продуманной системе «зеленого бизнеса» в Белграде возникла неожиданная проблема. Секретное расследование Высшей прокуратуры под руководством Ненада Стефановича, который в сербском обществе котируется как безупречный прокурор, но преданный правящему режиму, прошлым летом завершилось конфискацией двух тонн марихуаны и серьезно пошатнуло устои региональной наркосети. В отличие от контролируемых конфискаций, эта акция преследовала цель добраться до самих центров власти в Эльбасане — родном городе прокурора Думанши и друга Младена Ненадича — и в Струмице. Однако как только информация о том, что в ходе расследования «пропали» две тонны [наркотика], достигла ушей албанской мафии и их партнеров в судебной системе, был активирован региональный механизм по контролю ущерба. Это также вторая причина, по которой глава Специальной прокуратуры по борьбе с организованной преступностью Младен Ненадич попытался скрыть встречу с албанскими коллегами, и причина, по которой албанский прокурор счел, что информация об этой встрече должна стать доступной албанской общественности.
Наш источник из Албании, который в настоящее время является защищенным свидетелем по другому делу, связанному с контрабандой марихуаны из Македонии, подтверждает данные нашего источника из самой Спецпрокуратуры (ТОК) в Белграде.
Ключевой поворот происходит после упомянутой секретной встречи в Тиране. Младен Ненадич при поддержке Горданы Яничиевич, которая на встрече выступала в роли представителя Загорки Доловац, и Ирены Бьелош по возвращении в Сербию инициирует операцию по изъятию дел у Высшей прокуратуры. Здесь на сцене появляется Ирена Бьелош, чья работа в Прокуратуре по борьбе с организованной преступностью подходила к концу, что было использовано как идеальный оперативный рычаг для быстротечного проведения «субституции». И чье возвращение [в спецпрокуратуру] после окончания срока командировки про-западные СМИ, которые также имеют определенный интерес в македонском «зеленом золоте», представят как «наказание со стороны режима за произведенный арест», тем самым полностью снимая любые подозрения в ее серьезной роли в организованных наркогруппировках.
ПРЕСЛЕДОВАНИЕ БОРЦОВ ЗА ПРАВДУ
Этот спин является идеальным примером того, как в ходе скоординированной акции СМИ, отбившихся от рук прокурорских структур, мафии и «полезных идиотов» скрывается серьезная роль в организованных преступных группировках, то есть создается ложный нарратив о преследовании борющихся за правду прокуроров, в то время как суть их действий — защита наркосети — замалчивается. А правда, которая легко доступна любому, кто желает её услышать, одновременно представляется как ложь.
Попадание прямо в цель во всей этой ситуации, которая работает на пользу подобного коррумпированного нарратива, заключается в том факте, что обыск в Сербии был проведен в поместье некоего муниципального советника, принадлежащего к партии правящего режима. Если бы не произошла подмена, то есть захват расследования у Высшей прокуратуры, это было бы невозможно, прежде всего потому, что ВП считается единственной лояльной частью прокурорской системы. Хотя и до первоначального обыска в августе, в ходе которого было изъято две тонны марихуаны, как и до изъятия 5 тонн и арестов, удалось дойти благодаря ВП в Белграде.
Это лишь часть акции. Конечной целью операции «Ненадич Думани» — «Абази» было изъятие дела у прокуроров ВП Белграда, которые начали расследование в тайне, для того чтобы команда Ненадича сознательно прервала оперативную работу, которая вела к серьезным лицам на высших государственных должностях не только в Македонии, но и в Албании и других странах Европы. Хотя изъятие пяти тонн марихуаны в Конюхе и несколькими днями позже 40 тонн в Македонии выглядят как грандиозные цифры, наш собеседник указывает, что это «ничто по сравнению с объемами марихуаны, кокаина, героина и других веществ, которые проходят через эти территории», а также что это была малая цена, которую эта система была готова заплатить, чтобы остановить дальнейшее проникновение в гибридную структуру одного из самых серьезных наркокартелей и «медицинского каннабиса».
КТО ОПЛАТИТ СЧЕТА ПРОКУРОРСКОЙ «ДИПЛОМАТИИ»?
Пока беззастенчивая ложь продолжает витать над Конюхом и Струмицей, остаётся вопрос, что же Сербия по сути получила этой серией судебных манёвров от государства взбунтовавшихся прокуроров. Вместо разбитого картеля и инвестиций, которые подняли бы из пепла даже то коммунистическое сооружение, которое вызывало отвращение даже у товарища Тито, принесли бы огромное количество рабочих мест и вдобавок поместили бы Белград на уникальную карту мира, мы получили систему, в которой обвинительные акты возбуждаются, чтобы изгнать легальный капитал, а дела отбираются, чтобы сохранить тот, что нелегальный.
Гордана Яничиевич будет и дальше получать свою огромную зарплату в «Евроюсте» и продолжать оказывать логистическую поддержку Брюсселю для продолжения шантажа Белграда. Ирена Бьелош останется «жертвой» злой государственной системы, а Младен Ненадич будет продолжать защищать теперь уже не только чачанскую мафию, но и серьёзные мировые преступные группировки.
В конечном счёте, здесь вопрос не только в коррупции, но и в суверенитета. Мы теперь оказались в ситуации, когда взбунтовавшаяся прокурорская система действует не просто против государственных интересов, а стала сервисом по контролю ущерба для наркогруппировок из соседних государств. Если конфискация 45 тонн была лишь «малой ценой» для картеля, то какова же тогда цена, которую Сербия платит за такое прокурорство? Она измеряется уже не тоннами, а полным крахом правопорядка. И если в ближайшее время что-то кардинально не изменится, остаётся под вопросом, сохраним ли мы вообще государство.
Напоминаем: НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОННЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Весна Веизович