Йован Рашкович. Последний рыцарь югославской политики

Йован Рашкович. Последний рыцарь югославской политики

Для сербов из Краины академик Йован Рашкович был легендой, их «Чачой». В Далмации, Лике, в Банье и Кордуне дети так ласково называют папу. Это слово дети говорят еще в колыбели и на руках у матери.

В высшей степени с благородной внешностью, «с головой библейского пророка», так говорили о Рашковиче. Звезда этого сербского трибуна вспыхнула метеором на кипящей политической сцене пока еще единой Югославии, страны, которая обречена была на скорую гибель. Все попытки Йована остановить войну, к сожалению, не принесли плодов. Ненависть оказалась сильнее.

По словам академика Добрицы Чосича, Йован Рашкович в сербской политике пытался привить честность и реализм в постановке национальных целей. Он основал Сербскую демократическую партию, не для того, чтобы подняться к власти, он хотел защищать национальную самоидентичность и суверенитет сербского народа в Хорватии.

— Психиатр Йован Рашкович, — говорил Чосич, — в бездушную политику хотел принести душу, в национальную идеологию — гуманизм, в хорватско-сербский раскол — дух согласия, а шовинистической агрессии противопоставить демократию и миротворчество. Все это свойства антиполитики в современном мире циничной политики. И когда он начал говорить об этом, сербы, слушали его; все, что он сказал, сербы принимали, как истину.

Рашкович был главным действующим лицом новой сербской политики в Хорватии и наивысшим политическим вызовом современной ему Хорватии. Выступая за уважение хорватского национального бытия, политических интересов и прав хорватского народа, он протянул руку для примирения со всеми хорватами, готовыми уважать права сербов, а также их историческое, национальное и гражданское самосознание.

У доктора Рашковича не было опыта политической борьбы, не было образования в сфере государственного права и истории, но он стал признанным лидером сербов в Хорватии, прежде всего благодаря своему авторитету как ученого и академика. Его теоретический подход к решению политических проблем оказался недостаточным для реализации и защиты сербских национальных интересов в Хорватии. Это в полной мере проявились во время его встреч и переговоров с президентом Хорватии Франьо Туджманом, который как бывший генерал и историк имел намного больше опыта ведения дел общеполитической значимости.

Описывая свою многолетнюю дружбу с Рашковичем, Момо Капор, писатель и художник, говорил:

— Рашкович был человеком чуть ниже среднего роста. У него были великолепные буйные волосы и борода с проседью. Подтяжки в цветах американского флага поддерживали его широкие штаны под животом. Он получал удовольствие от жизни, особенно от еды. Но со временем, доктор все глубже погружался в депрессию, вызванную угрызениями совести, которая его так терзала. Пил он очень мало, обычно минеральную воду.

Сам его внешний вид и характер, в котором объединились личность ученого мирового уровня и внешность добродушного сельского врача, чья потрепанная кожаная сумка уже внушала доверие пациентам, напоминал о каком-то старославянском боге.

Йован Рашкович. Последний рыцарь югославской политики

Капор рассказывал, что он, вероятно, не рисовал никого чаще, чем Йована Рашковича. Художник был очарован его яркой внешностью «с головой бога Перуна и глазами, в которые невозможно было долго смотреть».

— От маленьких рисунков пером и тушью, — говорит Капор, — до множества рисунков мелом, маслом и пастелью, и все это портреты Доктора, я пытался разгадать характер и сущность этого чрезвычайно интересного человека, который, казалось, знал о своей скорой смерти.

Вместе с Йованом Рашковичем Капор объехал все районы Далмации, где живут сербы. Дорога привела их и в Равне Котаре, где они посетили дом знаменитого ускока (беженцы из числа южных славян, перешедшие из Османской империи на территорию Австрии и Венецианской республики — прим.ред.) Стояна Янковича, потомком которого являлся великий писатель Владан Десница. Автор романа «Весна Ивана Галеба» долгие годы был пациентом Рашковича. Врач лечил Десницу от депрессии, он умер от рака на руках у Доктора.

— Мне и в голову не приходило, что в этих краях живет столько представителей моего народа, — говорил Капор. — Люди испытывали страдания, несправедливость и унижения, через многое им пришлось пройти в государстве, которое не заботилось об их интересах, которое не признавало их право на существование. Видя все это, Доктор все глубже и глубже тонул в своем кресле и погружался в депрессию. Он говорил очень мало, всего несколько скупых слов, но их никто не слышал. Никто не замечал, что из года в год он испытывал невыразимую боль от творившейся несправедливости, до тех пор, пока чаша его терпения не переполнилась и он не вышел из сна, как внезапно пробудившийся вулкан, стал настоящим лидером этого несчастного народа.

А потом были до отказа заполненные стадионы и площади, на которых выступал Йован Рашкович. Люди впадали в своего рода транс, слушая человека, которого они считали святым, он, как вспоминал Капор, сказал им все в одном предложении: «Я для вас не вождь, а слуга!»

Так было и в самом начале войны в 1991 году, когда он обратился к тысячам присутствующих на поминальной службе по сербам, убитым в 1941 году в деревне Шегестин недалеко от Двор-на-Уни на Бании.

Резня жителей деревень Шегестин, Ораовица и Драшковац близ Двор-на-Уни, невзирая на пол и возраст, произошла в деревне Шегестин в ночь с 29 на 30 января 1942 года. Расправу устроили усташи из деревень Зрин, Дивуша, Унчани и Струга Банска, что рядом с Двор-на-Уни, и бойцы батальона усташей под командованием полковника Нарциса Ясенского.

О количестве убитых есть разные данные. Некоторые источники говорят о 189 погибших, другие упоминают о 273 жертвах в этих деревнях, утверждая, что погибли 84 жителя Шегестина (38 детей, 26 женщин и 23 мужчины), а остальные жертвы были из Ораовицы и Драшковца. Все три деревни были разграблены и сожжены.

Ночь с 29 на 30 января 1942 года народ назвал «Ночь кровавых ножей».

Капор считает, что Йован Рашкович вышел на политическую арену не для того, чтобы что-то доказать или добиться признания, как кто-либо другой на его месте. Нет. Он был признанным и известным ученым, уважаемым и обеспеченным человеком. Он знал, кто он, что он такое и чего стоит. Он один из немногих выдающихся сербских интеллектуалов в Хорватии, который не скрывал, что он серб, и ни перед кем не оправдывался. Ему ничего не было нужно, кроме небольшого отдыха и спокойствия, но он вышел на эту арену политической борьбы из-за своего народа, он пожертвовал всем, он потерял все и, в конце концов, как последний вор и разбойник, был изгнан со своей родины.

— Но даже тогда, — говорит Капор, — когда его носили на руках, смотрели как на Бога, целовали руки и просили помощи, Доктор чувствовал себя смертельно уставшим врачом, который видел слишком много несчастий, чтобы наслаждаться своей славой.

Самый благородный серб.

Объясняя, почему сербский народ в Хорватии поднял Йована Рашковича на руки, почему он нес портреты Рашковича вместе с изображениями Святого Саввы, князя Лазаря, Карагеоргия, Негоша и Вука, академик Матия Бечкович говорит: «Трудно было найти более основательного, широкого душой, бескорыстного, самоотверженного, благородного и уважаемого человека. Те, кто хотел очернить и заставить ненавидеть Рашковича, только показали, насколько они недалекие и глупые люди».

Йован Рашкович. Последний рыцарь югославской политики
Фото — facebook.com/Jovan-Rašković

Бечкович говорит в заключение: «Йован Рашкович считал, что он может без насилия бороться за права своего народа и что несправедливость не должна вершиться теми, кто пострадал от нее. Как лидер сербов, Йован Рашкович не был излишне миролюбив. Но когда пролилась кровь, он не мог ни принять этого, ни понять».

Йован Рашкович. Последний рыцарь югославской политики

Теперь мы знаем, чем все закончилось. Из-за такого положения вещей Йован Рашкович скончался. Его народа больше нет в Краине, она очищена от сербов, а лидеры народа обвинены в этнических чистках и убийствах хорватов.

Биография.

Йован Рашкович родился в семье юриста Душана Рашковича в Книне 5 июля 1929 года.

Семья жила в Книне до начала оккупации Югославии в 1941 году, затем перебралась в Кистанье, в итальянскую зону оккупации. Йован посещал младшие классы средней школы в Задаре и Книне. После Второй Мировой войны они жили в Загребе, где он и окончил в 1948 году школу.

В Загребе он изучал электротехнику и медицину. Закончил медицинский факультет в 1956 году, а в 1962 году сдал экзамен специалиста по нейропсихиатрии. В 1975 году защитил докторскую диссертацию на медицинском факультете Загребского университета.

Он был директором Главной больницы в Шибенике (1959–1961), а затем (1961–1962) первым директором недавно образованного медицинского центра в том же городе. Занимаясь нейрофизиологией, Рашкович проводил исследования в Институте клинической нейрофизиологии медицинского факультета в Любляне, в создании которого принимал участие.

Йован Рашкович был профессором университетов в Любляне и Загребе, а также приглашенным профессором во многих уважаемых университетах мира (Лондон, Хьюстон, Павия, Рим …). Он был директором Центра научных исследований больницы «Святой Сава» в Белграде, членом Медицинской академии Хорватии, почетным членом Чехословацкой ассоциации психиатров и Ассоциации психиатров Италии, членом Сербской академия наук. 15 декабря 1988 года стал Членом Сербской Академии наук и искусств.

Доктор один из самых уважаемых психиатров Югославии, сотрудничал со многими известными учеными и организациями по всему миру, являлся автором более ста медицинских публикаций, экспертных и научных статей, нескольких монографий.

Йован Рашкович. Последний рыцарь югославской политики

В 1990 году основал Сербскую демократическую партию (СДС) в Хорватии и стал первым ее председателем. Книга «Безумная страна», опубликованная в 1990 году, отражает его политическое кредо и увлеченность политикой. Уже после его смерти в 1995 году вышла еще одна книга «Душа и свобода».

Он покинул Хорватию и вернулся в Белград после начала войны и после победы политических сил, против которых он выступал. Другие люди начали решать сербский вопрос в Хорватии, используя другую политику и другие средства. Рашкович опасался этого и предупреждал об опасности такого пути, но политические центры власти в Белграде нашли большее понимание в Сербской Краине. Такая политика, безответственные шаги и лидеры, не соответствующие историческому моменту и вызову ситуации, способствовали тому, что сербский народ получил еще большие страдания.

Йован Рашкович. Последний рыцарь югославской политики

Сердце Йована Рашковича остановилось 28 июля 1992 года в специальной больнице «Святой Савва» в Белграде, похоронен на Аллее почетных граждан на Новом кладбище в том же городе.

Йован Рашкович. Последний рыцарь югославской политики

В знак признательности именем Доктора Рашковича был назван Центр здоровья в Мрконич Граде, также его имя носят улицы в Приедоре, Требине, Баня-Луке, Нови Бановци и Смедерево. Жители деревни Маричка возле Козаре поставили бюст Доктора рядом с церковью Святого Пророка Илии, где он выступал с речью перед более чем 10 000 человек.

Автор Елена Шахова, заместитель командира поискового объединения «Крутояр», член регионального совета Поискового движения России и Военно-исторического общества.

Читайте также — Санда Рашкович-Ивич