Воеводина: шаг за шагом к автономии

 

Флаг Воеводины

Идея о все большей автономии северного края Сербии витает уже десятилетиями, но без серьезной поддержки. Однако на нынешнее воскресенье сторонники автономии назначили принятие декларации о федерации Сербии и Воеводины.

— Хорошо ли мы сделали, присоединившись к Сербии? Если спросим сердце, оно скажет: вы сделали по мне! Если спросим разум, он скажет нам то же самое!

Произнося эти исторические слова 25 ноября 1918 в Нови Саде перед делегатами Великой Народной Скупщины по поводу присоединения к Сербии Баната, Бачки и Бараньи, лидер австро-венгерских сербов Яша Томич даже представить не мог, что в будущем какой-то представитель сербского рода сможет выступать за идею о разделении Воеводины и Сербии.

Однако, в новисадском «Спенс» центре, всего в нескольких сотнях метров от балкона с которого 94 года назад Томич сообщил об исполнении вековой сербской мечты о «надевании сербской рубашки и югославского сюртука», в воскресенье должна быть принята декларация о федерации Сербии и Воеводины.

 

Идея

Конференцию организуют шесть малых партий с выраженной автономистской ориентаций при поддержке ряда неправительственных организаций: Воеводинский клуб, Форум V 21, Хельсинкский комитет, Независимое общество журналистов Воеводины «Аргус» и Региональный центр по беженцам.

В качестве поддержки здесь и Воеводинская партия, Союз венгров Воеводины, Черногорская партия, Демократический союз хорватов Воеводины, Альянс румынов Воеводины и Русинская демократическая партия. Они предлагают сформировать «Союзную Республику Сербия», равноправными членами которой стали бы республика Сербия и республика Воеводина.

Возглавляет данную идею Живан Берисавлевич, бывший высокий воеводинский функционер в СФРЮ, ушедший в политическую историю в 1988 году после «йогурт-революции». Он заявляет, что его сербские корни в Воеводине «глубиной в 300 лет» и подчеркивает, что речь идет не о предвыборном, а о программном заседании и выдвижении инициативы об изменениях в Конституции Сербии.

— Еще со времен объединения 1918 года Воеводина по сути внутренняя колония Сербии и ее добыча.

Насколько же эти слова Берисавлевича противоречат словам Томича по поводу присоединения:

— Поздравляю вас с освобождением! – воскликнул Томич в 1918 года в ответ на бурные приветствия делегатов Великой Народной скупщины. – Мы больше не одни. В этом зале находится и пятисотлетняя сербская история, до сих пор печальная, а ныне озаренная и улыбающаяся… В окна зала бьются белые снежинки, а в этих снежинках души тех, кто еще не родился, тех кто еще только придет, дух нашего будущего.

Идею о «республике Воеводина» выдумал не Берисавлевич и не его бывший зять Ненад Чанак.  По правде говоря, именно лидер Лиги социал-демократов Воеводины 13 лет назад первым включил в свою партийную программу «республику», но сегодня он говорит, что это был вид протеста против режима Слободана Милошевича, и добавляет, что о таком значимом вопросе, как конституционные изменения, нужно разговаривать «на холодную голову» после выборов.

Идея о высшей степени автономии и даже о республиканской организации Воеводины возникла уже в первые годы после объединения, но никогда не разгоралась в такой степени, чтобы получить поддержку крупных политических партий и влиятельных современников.

Между двумя мировыми войнами, в 1935 году, на территории Воеводины существовало политическое движение, выступавшее за политическую и экономическую автономию Воеводины. Движение состояло в основном из воеводинских сербов, его предводителями были Душан Бошкович (1881 -1966) и Йован Лалошевич (1870-1935).

Сомборец Лалошевич был одним из известнейших национальных, культурных и политических деятелей среди сербов Воеводины в первой половине 20-го века. До самой смерти Лалошевич руководствовался принципами «сербского националиста и воеводинского патриота». Верил в оправданность экономической и политической обособленности Воеводины внутри составной государственной организации Югославии.

 

Права

Известный адвокат из Панчево Душан Дуда Бошкович (член Самостоятельно демократической партии Светозара Прибичевича, созданной в 1924 году) пропагандировал федерализм Воеводины в Королевстве Сербов, Хорватов и Словенцев, а позднее в Королевстве Югославия.

В 1945 году, когда Жарко Веселинов пригласил Бошковича вернуться в освобожденную Воеводину и продолжить защиту ее автономии, Бошкович ответил:

-Э, сейчас я хочу республику!

Республику упоминал и народный герой Жарко Зренянин Уча, которому принадлежит и любимый лозунг нынешних сторонников автономии: „Vojvodina naša dika, biće jednom republika“ («Воеводина – наша гордость, будет однажды республикой».)

Прежде чем гестаповцы арестовали и убили его неподалеку от Вршца в 1942 году, Зренянин заявлял, что «если Сербия в новой Югославии не будет демократической державой, то коммунисты будут требовать создания республики Воеводина».

Не республику, но высокоавтономный край Воеводину реализовала после Второй Мировой Коммунистическая Партия Югославии. Уровень автономии был максимальным благодаря Конституции 1974 года. По этой Конституции Воеводина стала автономной единицей и субъектом федерации государства. Получила статус «государства в государстве».

Края (Воеводина и Космет) имели в федеральной системе власти такие же права, как и республики — они были непосредственно и обособленно представлены в Скупщине и Президиуме СФРЮ, имели верховные и конституционные суды и свои конституции. Представители краев могли ставить вето на любой союзный закон, от которого «страдали права края».

По этой конституции, как в свое время объяснил бывший председатель Конституционного суда Сербии Слободан Вучетич, краевые депутаты в республиканской Скупщине могли участвовать не только в принятии законов для всей Сербии, но и законов, применяющихся только для центральной Сербии, без ее автономных краев.

Одновременно, республиканский парламент не имел никакого влияния на законодательную деятельность края. Такой модели функционирования автономных краев никогда до того не было ни в мировой практике, ни в истории.

 

Реальность

Компоненты государственности Воеводина потеряла по Конституции 1990 года, что стало тяжелым ударом для поборников ее неограниченной автономии. На праздновании 35-летия Конституции 1974 года председатель Лиги социал-демократов Воеводины недвусмысленно заявил, что «единственная конституция, которая когда-либо была у Воеводины, должна стать источником для создания истинной воеводинской автономии».

Принятие Конституции Сербии в 2006 году спровоцировало лидера ЛСВ на заявление о том, что до того момента Воеводина никогда и не была в Сербии. По его мнению, не было никакой сербской рубашки, а один лишь югославский сюртук. Наконец, Сербия, по сути, оккупировала Воеводину! Сегодня Берисавлевич, через шесть лет после Чанака, повторяет, что Воеводина, с самого момента присоединения – колония Сербии.

Большинство почетных гостей сегодняшней Конвенции заранее заявили, что не поддерживают идею о конфедерации Воеводины и Сербии, но… Много политиков и историков считает, что республиканская организация Воеводины нереальна.

Академик Чедомир Попов, энергично выступавший против принятия Устава Воеводины, утверждая, что этот документ удаляет Воеводину от Сербии, предупреждает, что край уже давно на грани отделения. Его коллега, историк Ранко Кончар,  подчеркивает исторические особенности Воеводины и ее право на наивысшую степень автономии. Однако и он считает, что идея о Воеводине, как о республике, в настоящий момент нереальна.

У данной идеи и сейчас нет поддержки политических факторов. Но она остается.

 

Чанак и Карингтон

В книге «Дипломатия на крае», немецкий дипломат Герт Аренс рассказал, как Ненад Чанак еще 23 декабря 1991 года послал лорду Карингтону и Конференции по Югославии «Меморандум о Воеводине».  В этом тексте он заявил, что исторические условия, при которых в 1945 году Воеводина была присоединена к Сербии, более не действуют, и в будущем Воеводина должна стать конфедеративной единицей Сербии, а если Сербия этого не примет, то независимым, нейтральным и демилитаризованным государством!

 

Мультивойводжанеры

Понимая, что не бывает государства без нации и языка, сторонники автономии Воеводины в последние годы придумали новые названия для жителей края – «воеводинцы» („Vojvodinci“) и «войводжанеры» („Vojvođaneri“) и продвигали так называемый воеводинский язык. На вопрос о шансах «воеводинской нации», академик Чедомир Попов отвечает:

— Воеводина в любом случае «мульти». Согласится ли венгр, словак или румын отказаться от своей национальной идентичности, чтобы стать представителем «воеводинской нации»? Вряд ли. По сути все идет к тому, чтобы разделить сербов, а это для Воеводины опаснее всего.

 

Йованка Симич  

Вечерние Новости 

{loadposition user9}